СОВРЕМЕННОЕ И САКРАЛЬНОЕ: СЛИШКОМ МНОГО НЕСТЫКОВОК

Павел Голубев

Государственная Третьяковская галерея на Крымском Валу представила инсталляцию "Предстояние (Deisis)".

Мирча Элиаде, один из столпов современного религиоведения, в своей книге "Священное и мирское" писал: "Христианская вера основывается на неком историческом откровении: именно воплощение Бога в исторические времена и придает значимость символам в глазах христианина". Историчность, помимо всего прочего, дает существенную опору для всевозможных реконструкций и просто - лишнюю пищу воображению. Человек, так или иначе, склонен повторять космогонию (строя дом, меняя место жительства), вновь переживать мифы (во время празднеств - воссоздавая мифическое время, например, ощущая "ностальгию по раю") etc. Причем здесь разница между людьми верующими и неверующими не столь существенна: многочисленные пережитки и табу, имеющие магико-религиозные структуру и происхождение, представляют собой лишь вершину айсберга.

Редкий художник прошел мимо тем сакрального и профанного, священного и мирского. Визуальная часть инсталляции "Предстояние (Deisis)" (автор идеи, продюсер - Виктор Бондаренко, художник - Константин Худяков, автор текстов и консультант - Роман Багдасаров) - портреты персонажей реальной и сакральной истории. Вербальная - биографии либо эссе призваны дополнять визуальный ряд. Итак, их двадцать три: Иисус Христос, Дева Мария, Мария Магдалина, Иоанн Креститель, апостолы Петр и Павел, Гиппократ, Георгий Победоносец, император Константин, Николай II, Николай Чудотворец, Серафим Саровский, Адам, Ева, Ной, Енох, Сим, Хам, Иафет, Моисей, Заратуштра, Царица Савская, Александр Македонский.

Авторов проекта нельзя упрекнуть в отсутствии трудолюбия: ими было переработано множество источников - Библия, апокрифы, богословские и философские сочинения, научные труды, из которых потребовалось извлечь детали жизнеописаний, черты характеров, особые приметы изображаемых лиц. Применена уникальная технология: портреты монтировались из подвергшихся трансформации мельчайших физиогномических фрагментов, для чего был задействован обширный банк исходных фото (около 60 тыс. снимков 350 моделей). Виртуальные образы были выведены на холсты, а затем обработаны аэрографом. Экспозиция действительно производит эффект: особенно впечатляют первые секунды, когда входишь в темный зал Третьяковки на Крымском Валу. Безумно пафосно, однако пафос отчасти объясним подборкой самих персонажей "Предстояния".

Кстати, именно подборка вызывает большинство вопросов. Авторы недвусмысленно дают понять: "Предстояние" - произведение светское, однако, по их словам, в проекте учитываются ценности православия. Но православию, и в частности позиции Русской Православной Церкви, чужд инклюзивизм, а именно им отдает включение, например, Заратуштры и Александра Македонского в импровизированный иконостас (развеска холстов напоминает структуру русского высокого иконостаса). Необычайно странным является и то, что "Предстояние" больше всего соответствует… эстетике католической чувственности. Если православие стремится к метафизичности, одухотворенности, в католической традиции преимущественное место занимает чувственность, эмоциональность. Отсюда культ Сердца Иисуса, стигматы, многочисленное чинопоследование страстей Христовых, статуэтки плачущей Богоматери - по такому же принципу "работает" инсталляция Бондаренко-Худякова-Багдасарова. "Блуп!" - сказала бы на это кортасаровская Людмила.

Удивляет и постановка художниками своей принципиальной задачи - художественной интерпретации сакральных образов в параметрах сегодняшнего восприятия, а портреты "Предстояния" позиционируются авторами как сакральные. Известный режиссер, основатель нового мистериального театра Борис Юхананов сказал однажды: "Использование сакрального в неконвенциональной среде сродни терроризму". Слишком серьезные нестыковки, к сожалению, портят проект и почти сводят на нет колоссальный труд его авторов.

Независимая газета, № 227 (3340), 19 октября 2004 г.